Дело Было в Двадцатых: По Праву – народное. Часть 1 Глава 4

Глава 4 «Дневник белогвардейца»

За завтраком, в комнате ребят, Станислав вытащил из своего узелка, с небогатым солдатским имуществом небольшую книжку в коричневом кожаном потрёпанном переплёте, на котором были написаны золотым курсивом две тонкие изогнутые буквы «С. П.».
– Это ещё чего такое? – поинтересовался вечно любопытный Елюша, заглядывая ему через плечо.
– Когда мы штаб беляков брали, я у какого-то унтер-офицерешки убитого вытащил – на память. Думал интересно будет, почитать, вспомнить да посмеяться… -сказал мой брат, листая книжечку.
– Дневник вёл скотина буржуйская! – возмутился Костя.
– Прочти чего-нибудь. – попросил Елисей.
Одна я делала совершенно равнодушный вид, будто мне всё это совершенно безразлично, хотя на самом деле, меня мучило то же любопытство, что и моего братишку. Заметив это Станислав тут же начал ко мне приставать, делая в свою очередь вид, будто ничего не понимает:
– Сонечка, ну чего ты обижаешься-то?!
Так я ему и поверила! Поэтому я сказала довольно противным голосом:
– Да во все я и не обижаюсь, с чего ты взял?! – и захлопала удивлённо глазами.
– И в кого только у тебя такой противный характер!
– В того же, в кого и у тебя! В кого же ещё-то! – съязвила я. – И вообще читаешь свой дневник, вот и читай дальше! Будет что Глашечке рассказать…
– Ах, вот о чём ты… Я не думал что у меня такая жестокая и бессердечная сестра.
– Жестокая! Ну, знаешь! Не видел меня 4 года, ну это ничего называется, ещё бы 100 не видел! А он тут Глашу какую-то провожать идёт! Нет, чтоб со мной поговорить… мало того бросил свою родную сестру, оставил с этой проклятой тёткой. Не думала, что ты такой…
– Ну и какой? И чего ты я не понимаю так на Глашу взъелась?
– А ты всё Глаша, да Глаша?! Прямо свет в окошке! По-моему ты в неё…
– Ну и что?! – перебил он меня.
– Втюрился! Вот что! – закончила я и гордо отошла от него.
– Вы закончили?! Обменялись любезностями вдоволь?! – поинтересовался Костя.
– А я и ничего… - пожал плечами Станислав, - это она затеяла весь этот скандал. Тоже мне придумала… - пробубнил он и принялся читать вслух дневник: «…3-его числа произошла моя ссора с Ильевским, он отказался от предложенных ранее условий…» Так-так… Ильевский,… Ильевский…где-то я уже слышал эту фамилию… Костя, может, ты помнишь?
Костя несколько минут сосредоточено думал, а мы с Елисеем смотрели на него, затаив дыхание, а в горенке в ту минуту царила мёртвая тишина, было даже слышно, как где-то в доме тикают большие напольные часы, и как бьётся об стекло муха. А мне тоже так ясно как день показалось, что я знаю эту фамилию. Но как устремленно я не предавалась размышлениям вспомнить мне так, и не удалось.
Наконец Костя сказал:
– Помнишь, в одном городе был предотвращён контрреволюционный мятеж? Так вот всех удалось поймать и расстрелять, кроме главного, его так и не удалось обнаружить, поскольку он бежал в неизвестном направлении, как думали многие заграницу, хотя я, честно говоря, сомневаюсь. Ну, в общем, звали его Ильевский,…
– Точно! – воскликнул мой брат, так громко и так неожиданно, что я чуть не грохнулась со стула, а он продолжил чтение, как ни в чём, ни бывало:
– Так ну тут идут сведения о том, что в те дни было взято красными, что белыми …Вот тут стоит дата, а запись обрывается… интересно… а это ещё что такое? – произнёс он и замолчал, я не выдержала первая и толкнула Костю, тот как будто очнулся и спросил:
– Ну?! Чего там?!
– Вроде какая-то карта, а точнее, только её половина…